Жизнь Леры долгое время напоминала аккуратно сложенный карточный домик: всё держалось на молчании, на упрямом отрицании прошлого и на почти фанатичной сосредоточенности на сыне. Никита стал её якорем и оправданием — ради него она вычеркнула из памяти предсвадебный побег, болезненное расставание с Алексеем и ту историю, о которой не решалась говорить даже