Середина восьмидесятых — эпоха, когда мир живёт в режиме постоянного напряжения, а любое дипломатическое рукопожатие может оказаться либо спасением, либо ловушкой. В 1986 году внимание всего мира приковано к грядущей встрече в Рейкьявике: Михаил Горбачёв и Рональд Рейган готовы говорить о прекращении гонки вооружений.

Весна 2022 года должна была принести с собой обновление и надежду, но вместо этого она вписала одну из самых мрачных и трагических страниц в новейшую историю, превратив цветущий Мариуполь в город-призрак. В котле ожесточенных столкновений, где грохот артиллерии заглушил саму жизнь, около ста тысяч мирных жителей оказались не просто свидетелями, а

Юлия всю жизнь пряталась за ролью — на сцене она могла быть кем угодно: страстной героиней, трагической музой, женщиной, готовой ради любви на всё. Но когда занавес опускался, в доме её встречала тишина и обман. Недавнее открытие перечеркнуло всё, что она знала о себе и своём мире: человек, с которым она делила не только постель, но и профессию, режиссёр и

Алёна, женщина с крепким внутренним стержнем и многолетним педагогическим опытом, всю себя отдавала школе. Для неё преподавание было не просто профессией — это была личная миссия, способ влиять на мир, формируя характеры и судьбы подрастающего поколения. Она умела видеть за учеником человека, а за шалостью — внутренний конфликт. Именно это умение вызывало

Василий Жаров когда-то играл блюз в подвалах Ленинграда — пальцы его летали по гитарным струнам, будто пытались нагнать что-то ускользающее, как молодость, как любовь, как возможность жить иначе. Тогда он ещё верил, что музыка способна исцелить. Сейчас же он — участковый в деревне Сосновка, где на троих жителей — пятеро коз и один клуб с выбитыми окнами.

«Две жизни Марии» — камерная восьмисерийная история о женщине, которая привыкла доверять лишь науке, пока сама не оказалась на грани между логикой и чудом. Мария — хирург с безупречной репутацией, профессионал до кончиков пальцев, живущая по часам: пациенты, операции, дежурства. А ещё — пятилетние отношения, не выдержавшие времени. Андрей ушёл. Без